Рецессиофобия

Снижение роста промышленного производства, снижение потребительского спроса, падение основных финансово-экономических показателей в стране. Эти проблемы никого не могут оставить равнодушными, потому что касаются интересов каждого, от топ-менеджеров и владельцев крупных предприятий, до педагогов и продавцов в магазине.

Объективно негативные процессы странным образом влияют на социально-политические процессы в стране, а всё потому, что основываются на странной российской почве. С одной стороны - присутствие определённой «генетической памяти» в социуме, в которой отразились все предшествующие кризисы экономической системы, с другой стороны - определённый иммунитет, выработанный этими же проблемами. Так стоит ли бояться мирового финансового кризиса в российских реалиях? И если у нас как обычно всё не «как у всех», и кризис здесь совсем не исключение, то, как будет развиваться эта ситуация у нас?

Согласно информации имеющейся в распоряжении Росстата, цифры конца 2008 года, свидетельствуют о серьезном спаде промышленного производства. Так было и десять лет назад, последствия того кризиса помнят не только специалисты. В этой связи, конечно, хотелось бы понять, насколько то, что происходит сегодня в нашей экономике, соотносится с кризисом 1992 и 1998 годов? В ответе на этот вопрос чувствуется один из аспектов залога правильного разрешения сегодняшней ситуации в целом.

Напомним, в начале 90-х в стране, по существу, произошло перерождение, фактически смена одного финансово-экономического уклада на другой - основанный на совершенно иных принципах. Разумеется, при таких фундаментальных изменениях , происходит и соответствующее перестроение всей существующей опорной экономической базы. Государство погрузилось в системный кризис, из которого начало выбираться только к 1997 году. И именно тогда, ценою невероятных потерь и усилий, первый раз, после времён советской экономики удалось остановить снижение ВВП и удержать инфляцию на уровне 12 процентов.

Сегодня многие забывают об этом, но именно в те годы, впервые к сугубо внутренним проблемам добавилась и внешняя. Весной 1997 года произошел обвал на фондовых рынках Юго-Восточной Азии. Эксперты понимали, что эта волна рано или поздно может докатиться и до нас. В принципе, так оно и случилось. И хотя российская экономика на тот момент, в контексте мировой была микроскопичной, то есть мировые бури, казалось бы, не должны нам быть так страшны как другим, но с другой стороны, таким же хилым был и наш внутренний иммунитет, состоящей из твёрдой банковской, финансовой, производственной систем.

Таким образом, все попытки правительства найти решение ничего не дали, разумеется, и вряд ли могли дать: дефицит бюджета доходил до 50 процентов(!), золотовалютные резервы насчитывали всего..... несколько миллиардов долларов. Некстати подошло и снижение мировых цен на энергоносители. В 1998 году кардинально другими были макроэкономические показатели, и в конце-концов совершенно другой была внутриполитическая ситуация. Некоторые специалисты придают последнему показателю гораздо меньшее значение, чем это нужно на самом деле.

Противостояние парламента и президента, по сути, состояние предшествующее гражданской войне, принятие законодательных актов возлагающих на власти фантастические для состояния той экономики социальные обязательства. И именно стабильной политической ситуации мы склонны приписывать залог и нашего сегодняшнего успеха,этот фактор мы считаем ключевым но об этом - ниже.

Из несомненных минусов сегодняшнего момента, можно выделить значительную сумму внешнего долга, и что самое неприятное - невозможность финансовой подпитки внешними кредитами. Конечно долги наши, в основном как бы и не «наши» в точном смысле этого слова, потому как в основном являются долгами частными, но вот это как раз не совсем так. Ни для кого не секрет, что главные заемщики - госкорпорации. Поэтому считается, и заметим, зачастую вполне справедливо: если госдолг не отдаст компания - отдаст Российская Федерация. И вот если посмотреть исключительно с этих позиций то ситуация будет выглядеть примерно как в 98 году.

Но как раз значительные золотовалютные резервы, стабильная политическая ситуация не позволяют считать аналогию с 98 законченной и полной. Зачастую несправедливо указывают на то, что для других стран, политическая стабильность хоть и важна , но не имеет такого ключевого значения. Нельзя не согласиться с этим. Но невозможно не принимать во внимание и следующие обстоятельства. В качестве примера стабильности стран мало подверженных так называемому «фактору политического момента» называют страны Бенилюкса, Швейцарию и им подобные. Это действительно так, но есть государства ещё менее подверженные этому фактору. Например, ряд стран-островов существующих за счёт своих самых непрозрачных и «надёжных» банковских систем. Что касается этих государств-оффшоров, какие бы революции там не происходили новое руководство будет так же бережно обеспечивать высокие гарантии для «заезжего» капитала. Просто -напросто потому, что они живут за этот счёт и их влияние на ландшафт мирового политического рисунка просто нулевой.

Россия же, в отличие от всех вышеназванных уважаемых стран, государство единичное, штучное, если хотите даже исключительное, потому, что не просто влияет на архитектуру международной политической карты, но и зачастую, даже большую часть нового времени, задаёт в ней тон. Играет «первую скрипку». Сама строит парадигму существования политической и финансово-экономической системы мира. И в этом контексте, политическая ситуация в России, в деле финансово-экономической стабилизации, и вообще стабильности в целом - играет невероятно важную, первостепенную роль. А с учётом всего спектра направлений по которым развивалась страна за прошедшие8-10 лет - ситуация у нас действительно значительно лучше чем у многих других стран.

Поэтому вполне оправданными считаю и позицию Минэкономразвития заявившего о том что в стране началась рецессия , и Министерства финансов, ответившего прямо противоположенным тезисом - рецессии в стране нет! Как это впрочем, часто бывает , истина где то посередине.